Меню
16+

Общественно-политическое издание «Городское время»

16.10.2021 14:00 Суббота
Категории (3):
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Живи так, чтобы тебя спросили: «А как ты это делаешь?»

Врач, спортсмен, философ и просто человек Григорий Азаров трудится в МСЧ-118 с июля этого года.

Обсуждая макет газеты следующего выпуска, мы остановились на теме «Международный день врача», который отмечается 4 октября. Хотелось рассказать о молодом медицинском работнике. А вдруг он еще и пишет, юморили мы. Но шутка оказалась правдой, потому как пришедший в редакцию анестезиолог-реаниматолог оказался разносторонним человеком.

Родом из детства...

В прошлом столетии, в день весеннего равноденствия, то бишь 21 марта 1979 года, в Целинограде (сегодня он переименован в Нур-Султан и является столицей Республики Казахстан) в семье потомственных инженеров на свет белый появился первенец Григорий. В этом же городе родились и его родители. Казалось, парню судьба уготовила как минимум техническую специальность, тем более, по признанию нашего героя, он никогда не стремился стать врачом, более того, не желал этого.

— А кем Вы мечтали стать?

— Военным, — просто и без всяких сомнений говорит Григорий Валерьевич.

Вот это да! Сразил наповал. Но мое удивление исчезло, когда собеседник пояснил: «По сути профессии врача и военного близки — и там, и здесь на первом месте ответственность за жизни людей, дисциплина и стремление к знаниям!»

То, что наш герой отождествляет себя с военнослужащим, скорее склонность характера, его внутреннее состояние. Ему импонируют установки, рамки и алгоритмы действия, которые используются в военном искусстве. Возможно, на выбор профессии повлияла школа с физико-математическим уклоном, которую он успешно закончил. Так это или иначе, но парень, считая себя рациональным человеком, стремился поступить в военную академию, но не получилось!

В разговоре Азаров часто употребляет слова «случайно», «по чистой случайности», отрицая закономерность бытия, считая, что так складывается судьба. Хотя покорным этой судьбе его не назовешь. Откуда же в нем упорство и настойчивость?

В 7 лет мальчик занялся спортивной гимнастикой, затем — карате, но его коньком стал кикбоксинг. Именно последний вид спорта (увлекался им до 19 лет) по-настоящему закалил организм. В свои 17 лет Григорий в составе сборной Казахстана выступал в различных состязаниях по кикбоксингу, в том числе в первенстве на Кубок Азии среди мужчин, в чемпионате Евразии.

Состязательность в единоборстве помогла понять: в спорте идет борьба скорее психологическая, потому как выигрывает тот, кто сильнее духом.

— Есть два момента в спорте: разрушение и использование, — поясняет он. — Вы можете разрушить тело противника, а можете превратить (использовать) его в другое. Но именно в разрушении и использовании зиждется гармония! По-другому — при слиянии этих двух составляющих и рождается творчество: превращение одного в другое…

Мысли копятся — требуют выхода

— А Вы не пишете? — обращаюсь к нему после подробного разъяснения о появлении творчества.

— Пока нет. Пробовал писать, но понял, что мое письмо не несет людям что-то хорошее. Я пытался их разбудить, чтобы они задумались над тем, что делают, но люди раздражаются…

Возможно, найду другую форму «достучаться» до человека.

Понял главное: нельзя пытаться изменить кого-то, просто нужно жить и действовать так, чтобы тебя спросили — а как ты это делаешь?

На самом деле Азаров скромничает: мол, так себе «мыслишки», которые нет-нет да и набегают, дескать, поэтому и приходится заносить их в телефон. Но делает он это с интересом между делом и на досуге.

Хочу перед смертью сказать, потому что после нее уже ничего не скажу.

В реанимации созданы условия для умирания и объекта (пациента), и субъекта (реаниматолога) труда.

Я реален, поскольку я всегда — сейчас.

Вернусь в роддом, когда женщины будут приходить на аборт со справками благословения из церкви.

Врач наедине с собой: нет покоя без боли и спасения без страдания.

Как говорят реаниматологи: лучше чуть-чуть раньше, чем чуть-чуть позже.

Лучше один раз вовремя, чем два раза правильно.

Работа дала мне понять, что у меня огромный кармический долг.

В конце полярного дня привезли пациента с гипервитаминозом витамина Д.

— Как ты столько проработал в реанимации?

— Я каждую минуту боялся умереть от инфаркта.

Волшебные таблетки есть, но они запрещены.

Хуже, чем умереть в реанимации, только жить в реанимации.

Кстати, портрет нашего героя не был бы полным, если бы не сказала, что еще в отрочестве он окончил музыкальную школу по классу фортепиано. А к чтению книг его и двух младших братьев приучила мама, которая с каждой зарплаты покупала по одной книге.

Если не военным, то врачом!

Азаров настаивает, что в медицинское училище поступил, опять же, случайно.

— Осознанных шагов в сторону медицины не было вообще! — поясняет.

Но когда не поступил в инженерно-педагогический институт, собрался в армию. Правда, чтобы не шататься полгода до призыва, сдал экзамены в медучилище на специальность ассистент стоматолога — друг уговорил.

После училища вновь вспомнил об армии, но туда его не взяли, посоветовав подлечиться. Парень испытал шок, но от мечты не отказался. Этим же летом его однокурсник вновь уговорил Григория поступать, но уже в Акмолинскую государственную медицинскую академию на врача-педиатра. Обучаясь на очном отделении, он подрабатывал ночами в реанимационном отделении городской больницы.

Его первые и самые яркие впечатления от работы в реанимации связаны со смертью, когда еще вечером врач разговаривает с пациентом, а ночью тот умирает. Живой организм обездвижен — человека нет! И к этому нельзя привыкнуть. Мало того, появляется боязнь.

— Когда ты прикасаешься к человеку, находящемуся в тяжелом состоянии, возникает страх и за себя, и за него, — задумывается Григорий Валерьевич и вспоминает случай, связанный с пожаром, когда он был еще относительно молодым врачом-реаниматологом.

— В приемный покой начали поступать пострадавшие от пожара, — говорит Азаров. — Мне не хотелось тревожить уставшего напарника. Думал, что справлюсь. Но пациентов было 14, и на шестом я понял: нужна помощь!

Напряжение жуткое и у врача, и у родных пострадавших, которые ведут себя в острых ситуациях неадекватно. Стресс испытывают все: и медики, и родственники… Но при этом врачам нужно работать! Так, анестезиолог-реаниматолог вводит человека в анестезию и выводит из нее, то есть выключает дыхание и возвращает его обратно. Процесс сложный и ответственный…

— Поэтому реаниматологи должны проходить отбор, как летчики. Они обязаны быть крепкими и физически, и психически, технически подготовленными и способными к обучению, потому как не каждый может постичь такой объем знаний.

А еще врач, приступающий к своим обязанностям, а это не только экстренные, но и запланированные операции, должен быть отдохнувшим! — убедительно добавляет Григорий.

Правду сказать лучше

Более двадцати лет трудится Григорий анестезиологом и считает, что время становления врача неадекватно длинное. Он вспоминает своих учителей и с теплом отзывается о них. Да и как можно забыть Игоря Александровича Кима, из-за которого, в общем-то, Григорий и стал настоящим врачом. Два года тот «водил его за ручку» по реанимационному отделению. Сегодня И.А. Ким заведует городской больницей с реанимационным отделением на 70 коек.

— Восхищаюсь этими людьми! — подчеркивает Азаров. — Труд просто невероятный!

По образованию я детский реаниматолог. Врач-педиатр. Интернатура — детская реанимация. В 2007-м получил специализацию по взрослой реанимации. Работал в первой городской, затем ушел в спортивную медицину.

Добавлю, что кроме детской и взрослой реанимации у реаниматолога-анестезиолога есть и другие специализации: спортивная медицина, кардиология, мануальная терапия, кинезиотерапия (лечение движением).

А увлечение физикой, математикой, спортом и медициной не только помогли реализовать желание служить людям, но и раскрыли глубину подсознания, сосредоточившись на предназначении.

— Слова слишком «узки» для передачи информации, — считает собеседник. — Широкий контакт осуществляется через присутствие. Поэтому выражаюсь не словами, а действиями.

— Какими?

— Когда нахожусь в больнице, то ощущаю себя частью этого организма. Когда я помогаю коллегам и пациентам, которые поступают с болью, ведь мы должны им помочь, облегчить их состояние, чтобы они вышли удовлетворенными, обновленными.

— А что лучше — сказать правду или солгать во спасение?

— Конечно, сказать правду, — уверен врач. — Лгут дети и взрослые, не ставшие таковыми, то есть оставшиеся детьми. Такие люди отказываются слышать то, что их не устраивает, — они не хотят знать правду. А по-настоящему взрослого успокаивать не надо — он принимает все, как должное.

Ведь родиться и умереть — это естественно. Смерть и болезнь даются не за что-то. Это не наказание, это данность.

Подумала: действительно, если человек не понимает и не принимает эту данность, он никогда не будет готов к встрече с ней и всегда будет стремиться найти виновного: то врач не тот, то «скорая» опоздала. Человек поступил в больницу с инсультом и скончался. Виноваты, конечно же, врачи! А то, что инсульт у пациента уже третий и врачи два раза спасали ему жизнь, не в счет. Незрелому человеку его претензия к врачам не кажется нелепой, он, как капризный ребенок, требует!

Выражение «Жизнь — это право, а не обязанность» Григорий осмыслил, когда вновь вернулся в роддом. Почему туда?

— Какой бы тяжелой, сомнительной и нервной не была работа в родильном доме, — объясняет собеседник, — именно ее считаю пиком врачебной специальности — реаниматолога. Потому что это связано с отсутствием сомнения в своих действиях. Каким бы тяжелым ни было положение пациента, нет сомнений и повода опускать руки. Важно до последнего бороться за жизни матери и ребенка.

Азаров вспомнил труднообъяснимую ситуацию, возникшую на операционном столе при кесаревом сечении, когда что-то пошло не так, а ему понадобилась поддержка коллеги. Но при всем желании тот не успевал, и к врачу пришло осознание: никто, кроме него самого, не сможет помочь роженице. Время остановилось… Но именно тогда он услышал голос: «У Бога нет рук, кроме твоих!»

— Так в этот момент были не Вы?

— Да. Это Он действовал через меня.

Везде хорошо, где нас нет!

В Казахстане Г.В. Азаров прожил более 40 лет. Последнее место его работы — спортивный центр олимпийской подготовки по велоспорту, где был спортивным врачом-консультантом профессиональной сборной. Он также трудился с национальной сборной по триатлону. Побывал со спортсменами в Испании, в Италии, в Германии, в Болгарии, во Франции, в Японии и Корее. И, посещая страны, Григорий Валерьевич, конечно, задавался вопросом: хотел бы он остаться здесь навсегда? Он думал не о том, где хорошо, а о том, где хотелось бы жить.

— Отправил резюме в Россию (Москва, Санкт-Петербург, Мурманск, другие города), — поясняет. — Списались как-то с Иваном Николаевичем Александровым. А когда поговорили с ним по телефону, что-то щелкнуло внутри, и я согласился. Тем более, решился жилищный вопрос.

Вместе с женой, а они почти двадцать лет вместе, и одиннадцатилетним сыном Григорий Валерьевич приехал в Полярные Зори. Безболезненно влился в коллектив, не изменяя своим принципам.

— А какие они, принципы-то?

— В первую очередь — мы люди (и пациенты, и врачи), и об этом всегда нужно помнить. Во вторую — я мужчина! И только в третью — я врач. Поэтому где бы ни находился, мои приоритеты — общечеловеческие ценности.

Я никогда не буду вести себя с женщиной на равных (в хорошем смысле). Например, не буду считать, кто и сколько сделал, тем более, говорить об этом. Не буду спорить и повышать на нее голос, потому что я мужчина!

И последнее, я профессионал, но не это сделало из меня человека и мужчину.

— Что означает фраза «Врач от Бога»?

— Неизвестно, что вкладывают люди в это понятие, но они обращаются к врачу с проблемой, которую не могут решить самостоятельно. И врач помогает, снимает боль, не гневается на то, что пациент долго терпел и обратился, скажем, ночью. Коль я врач и считаю, что нахожусь на своем месте, то должен принять страждущего. И хотя я не чувствую его боль, но понимаю ее.

— А Вы умеете мечтать?

— Да. Хочу, чтобы медицина вошла в компетенцию искусственного интеллекта. Чтобы меня лечил робот, способный провести всеобъемлющий анализ. Ведь с развитием технологии программа сделает это лучше, чем человек. Она соберет анамнез точнее, достовернее и сопоставит с лучшим протоколом, выбрав оптимальный вариант. Конечно, один гениальный профессор медицины вылечит пациента лучше, но робот вылечит 1 000 человек в среднестатистическом масштабе.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

241